Легитимность

14.3.2012.

Метки.

Зима не отступает. Ветер, снег, холод. Калач. Калачакра. Карамба. К полудню потеплело. Солнце.  И еще Юпитер и Венера так близко…

15.3.2012.

День рождения.  Пятью пять, двадцать пять. Ладушки. Намастэ. Возраст.

Все та же жажда познания. Все тоже удивление перед миром. Отличное здоровье. Добавилось только ненависти к разного рода уродам, отвращения к образу жизни людей, презрения к их разговорам, да сильной тоски по любимой и родине. Если только в сновидениях она возможна, то опускаются руки и не хочется здесь жить, ничто не радует. Разве что хорошие книги, да немногие близкие люди. В своих аргументах  Мира и Государства (МИГ) я укреплен как железный человек, но, похоже, так и останусь неразгаданной скульптурой, каменным рыцарем и, собственно, никому не нужным.  Обилие шарлатанов  и доверие к ним простого люда, скорее вызывают удивление. Когда нет, того, кто оценивает правильно, остаешься окаменевшим. И жизнь не в радость. Мой голос летит к Великой Деве. Кто я? Амеба, осторожно двигающаяся, прикасающаяся к миру свои воображением, или Амба, осторожно крадущийся среди опасных и вредных людишек? А, Может Быть, просто исходная Материя, к которой прикасаются руки Творца Миров?

ОтодиночествасредилюдейнекихречамяустремленнодальшекмирумышечногословачтоговоритвсемтеломпустьптицавгорлеговоритновнятнозначимыевещивыговариваетплотьмоятанцуясредизвездвночилюбовноговлеченияJ. 

==================================================

 ЛЕКЦИЯ.

(«Лектон» у стоиков означает чистый смысл, идеальный образ предмета).

Лекция по поводу Легитимности человеческого существования.  Лекс=закон.  Животным закон не нужен. Значимость их жизни еще не различима со смыслом существования. Только человек, различая значения, может фокусировать их в направлении некоего должного смысла. Поэтому человеческое Будущее отлично от будущности животного существования. Лексика человечного языка основана на признании Лектона, то есть идеи чистого смысла.

Легитимно, то, что проистекает от Смысла. Но смысл Человека можно определить только через его значения, прямые и косвенные, значения с которыми необходимо справиться. Они то и дело норовят уйти, ускользнуть к богатству предметного мира, тем специфицируя и познающего. Править и толковать значения, согласно некоему должному смыслу, значит изобретать Бога, после его смерти. Если бога, полагать причинным основанием мира, в свой срок он умирает, чтобы воскреснуть как Бог Целеполагания. Поскольку Цель невозможно сформулировать, не будучи цельной индивидуальностью, то там где таковой нет, господствует множество как бы равноправных целеполаганий. Такую ситуацию назовем незаконной. Здесь, конечно же, есть «законы», но они постоянно поправляются,  изменяются, множатся как метастазы раковой опухоли.

Законнорожденный человек это не тот, кого родила мать, но тот, кто прошел школу воспитания и инициации со стороны отца. Благо, если отец и мать его не живут в розни друг с другом.

Фигура Царя, олицетворяющая Закон, есть фигура символическая. Царь не Монарх, властвующий над подданными, но Номарх, местоблюститель. Ном-арх есть Личность, которой доверено знаменовать Совершенную вертикаль Личного Духа (времени), с которой начинается горизонт со-бытий, взаимных отношений Друзей. Совершенная горизонталь есть окоем горизонта событий. Люди, что растут и развиваются, ориентируясь на образцовую вертикаль номарха, или по собственному произволу, еще находятся за горизонтом событий, даже если они доступны чувственному восприятию. Горизонталь определяет пространство событий. Кроме времени и пространства, номарх знаменует еще Радиант, то есть, Угол Зрения на каждого из представленных ему людей. Прямой угол говорит о Равенстве. В остальных случаях, можно говорить о разной степени неравенства (неравноправия). Номарх не только страж территории, но и Хронос, утверждающий необходимость предельных смысловых связей между гражданами.  Ради Анта-Антея (радиант) и весь разговор мой.

ПОЛИТИКА  как политеизм, включенный в монотеизм и ПОЛИТЕС  как монотеизм, включенный в политеизм. Отсюда два рода государственности, имперская и мировая. В имперской политике власть разделяется на светскую (мирскую) и духовную. Та и другая утверждают «единый мир» для всех. В мировом политесе Единый Мир представлен множеством автономных миров. Актуальный Хаос. Нет никакого всеобщего основания. Единый Мир здесь есть метафора, которая говорит только о возможном сходстве миров. В имперском мире, вместо этой метафоры, главенствуют символы единовластия. Лексику Мировую я называю Русской (родной) Риторикой.  Ее Тропы проходят в стороне от нахоженных дорог имперской лексики. И основной троп Метафора. Как способ нахождения новых значений за пределами очевидных. 

Метафора возникает в тот момент, когда мы сознаем и признаем самую главную потерю,  потерю самых близких и дорогих людей (смерть, разлука). Если не признаем, то впадаем в неизбывную депрессию и меланхолию (черное солнце). Метафора становится живой только для тех, кто силу смерти-разлуки-лишения умудряется сделать личной силой неиссякаемой веры и надежды.

Наверное, слишком упрощенно будет сводить одну и другую лексику к матриархальной и патриархальной власти. Как матриархальное, так и патриархальное начало может поддерживать имперский принцип. Империя это Диктат Родителя, не способного стать Взрослым. И это его трагедия.  В Политесе Лектона Родитель есть момент Настоящего. Свидетельствование, в котором нет продолжения (продленка), есть такое свидетельствование, над которым не властны временные обстоятельства.

Материнское начало в имперских государствах закрепляется в институте церкви, священнослужители которой есть дети великой матери, наделенные полномочиями власти над мирянами, собственно язычниками. Отцовское, закрепляется в светских формах властвования. «Дым отечества». Имперское государство всегда ищет заявить себя как всемирное.

В подлинно мировом государстве Мать и Отец основа особой Лексики. Здесь Отцовский принцип есть принцип Единственность Каждого, его уникальной Правды. Это принцип Закона, который запрещает все, что умаляет Личность. Материнский принцип это принцип Справедливости (судебный) в отношениях. Эти отношения должны быть взаправдошними. Истинными. Справедливость разрешительна. Нет никакой коллективной Правды, она единственна, и нет никакой однозначной Истины, она всегда раскрывается в отношениях по правде.

Материнский принцип православия как мирового правосудия в имперской государственности подменяется принципом «духовного» православия с его божьим судом. Для такой духовности мирское правосудие разрушительно, потому-то так нетерпимо духовенство к любой семье, стараясь влезть в область отношений семьи, школы, со своим боженькой, тем аннулируя воспитывающую роль Отца и образовательную Матери. Духовенство не желает никого оставить в мире, «не мир я пришел принести…». Самые коварные и агрессивные бесы всегда являются в одеяниях священнослужителей. Им всегда выгодно «не судите, да не судимы будете».

Основа Лектона (лекарственного тона) в различении Предложения и Высказывания. Предложение есть цельная единица Языка. Рассматривает эту единицу диалектика и грамматика. Высказывание есть единица Речи, и рассматривает ее поэтика (стиль) и риторика (жанр). Диалектика и грамматика словно рассматривают строение ледника, сплошная гляциология. Но Риторика и поэтика говорят о характере реки-речи, направлении ее движения. От мощного Языка при таянии истекают большие Реки. Река-речь начинается с момента возникновения Другого. Здесь сообщение-предложение превращается в обращение-предложение, то есть, в высказывание. Где нет Другого, нет и речи, все сковано льдом. В отличие от Предложения, которое не имеет абсолютных границ, так как бесконечно познаваемо, диалектически углубляемо, Высказывание имеет четкие, абсолютные границы. От простой реплики, до многосложного романа, в высказывании всегда присутствует Конец. Подлинно законченное Предложение, даже если оно выражено простым вздохом, тотчас становится Высказыванием и тем выходит за границы компетенции грамматики и диалектики.  Начальность и конечность высказывания говорит о диалоге Начало как Обращение, Конец как Повеление. Конец высказывания всегда повелителен, даже если он выражен как просьба или мольба, ибо побуждает принимающего этот Конец к собственному реагированию, началу собственного высказывания. Даже когда мы отмалчиваемся на призыв другого лица, все же мы свидетельствуем тем собственный актив, некое молчаливое высказывание, вполне ответное. 

Итак, Лектон: в предложении есть самовыражение и сообщение и в высказывании есть обращение и повеление. Четыре звена разумения. Словно черная и красная масть. Навь-явь, Правь-славь. Слава Лексики в формировании Повелительных Отношений Истины. Кто способен выразить собственную Волю в Речи по направлению к другому Лицу, тот есть легальное существо жизни. Такое существо живет вечно, потому как не одиноко, но приводит в действие целую систему межличностных отношений. Вечность в высказывании есть Ассоциация, тогда как, в предложении это только лично воображаемое.

Современные государства это только хладные трупы в паноптикуме ледяного царства. Они устроены по диалектике Предложения. То государство, о котором толкую я, есть живой, вольный социум, состоящий из вольных душ способных к цельному высказыванию.  На-реченных. Сначала научившись, предложение обращать в Предложение и в конце сподобившись к стилистике повелительной Истины.

Завершенность высказывания — это как бы внутренняя сторона смены речевых субъектов: эта смена потому и может состояться, что говорящий сказал (или написал) все, что он в данный момент или при данных условиях хотел сказать. Слушая или читая, мы явственно ощущаем конец высказывания, как бы слышим заключительное «dixi» говорящего. М. Бахтин.  

Чтобы предложение стало Предложением (высказыванием), необходимо чтобы оно было исчерпано в предметно-смысловом потенциале, только тогда оно может выговаривать речевую волю говорящего (предметно-смысловой потенциал это потенциал темы). Обнаруженное как Предложение-высказывание, оно ищет завершить себя в композиционно-жанровом смысле. Поэтикой я называю такую исчерпанность предложений, которая направляет их к Славе Диалога, то есть к Риторике  закон-ченных (законных, легальных) высказываний. Чтобы выговаривать законные высказывания,  необходима особая Суровость в Речи, как ее непреклонность в жанре истинного свидетельствования (dura lex sed lex).

Есть много жанров в речи и каждый умело пользуется ими, но есть исключительный в своем роде жанр Истины, самый скандальный, для всех остальных, ибо он и есть свидетельствование Конца Концов. Если исчерпан предметно-смысловой потенциал Темы Жизни в лице единственного говорящего, то единственным высказыванием, вполне завершенным будет высказывание о Смерти, как мере жизни, а не ее губителе. Это высказывание, где в игру вступает Истина. Смерть маркирует Другого, как того, кто принимает твою смерть, тем вверяя вечную жизнь…

Предложение и его слова не имеют Автора. Слова здесь ничьи. В предложении слова «милый» и «гадина» совершенно нейтральны, как и «родина», «бог», «ненависть», «любовь».  Но вот экспрессия вкладываемая в них, есть элемент, исключительно речи, внеязыковой. Экспрессия всегда обращена к другому и повелевает ему отвечать. Язык же никому ничего не приказывает, он только осведомитель для никого…абстрактного человека… Речь имеет отношение к Действительности, тогда как язык указывает только на Данность.

Какая мощь стоит за предложениями языка, которые «бесконечно» познают темы? Мощь памяти. Память обеспечивает понимание предложений, понимание языка, но забывает напомнить о необходимости завершить тему и тема увлекает в бесконечную даль… Особенно когда тематическое означено как самостоятельная инстанция Информации, когда память наделена «всезнанием» «хроник акаши» и т.д.  Память, своим шлаком отработанного опыта, в тоже время, затягивает в тематизм (и травматизм) предложений, не позволяя открыть Форму Высказывания, форму совершенно отличную от ин-формационной. Ответить можно только на высказывание, в котором не доминирует потенциал памяти. Принимая за Высказывание Сообщение, мы попадаем в поле силы такой гравитации, которую почти невозможно преодолеть. Власть СМИ это бетонная плита на наречии народа, то, что подавляет и духовно уничтожает народ.